Сирия
Боевые действия в июне 1967 года, с марта по июль 1970 года, с сентября по ноябрь 1972 года, в октябре 1973 года, в июне 1982 года, с 30 сентября 2015 года по настоящее время


Сирийская Арабская Республика (Сирия) стала независимым государством в декабре 1943 года. А в марте 1963 года к власти в Сирии пришла Партия арабского социалистического возрождения, которая взяла курс на сотрудничество с СССР.

5 июня 1967 года в 8 часов 45 минут израильская авиация вторглась в воздушное пространство Сирии и начала бомбить ее города. А 9 июня израильские войска перешли в наступление, нанеся главный удар в направлении Эль-Кунейтра и Дамаска. На следующий день израильтяне захватили Эль-Кунейтру (Голанские высоты), и на этом рубеже бои продолжались до 13 июня. Только решительные действия СССР вынудили Израиль прекратить боевые действия. Однако Голанские высоты остались под контролем Израиля.

В дальнейшем боевые действия между Сирией и Израилем возобновлялись неоднократно: как минимум четыре раза. Во всех вооруженных конфликтах в период с 1970 по 1982 год принимали участие и граждане нашей страны. По официальным данным, за этот период времени погибли и умерли от ран и болезней 44 советских военнослужащих.

В 2011 году в Сирии вновь вспыхнул вооруженный конфликт между правительственными войсками и оппозицией, которую поддержали США. Со временем конфликт перерос в полномасштабную гражданскую войну. В результате значительная часть территории страны оказалась под контролем вооруженной оппозиции, в том числе и террористических группировок.

В сентябре 2015 года правительство Сирийской Арабской Республики во главе с Башаром Асадом обратилось к России с просьбой оказать помощь в борьбе с террористическими группировками, захватившими большую часть страны. 30 сентября 2015 года российские воздушно-космические силы начали боевую операцию на территории Сирии. При поддержке российских ВКС правительственным войскам удалось переломить ситуацию, перейти в наступление по всем фронтам и к весне 2016 года освободить от террористов несколько провинций на севере страны.

15 марта 2016 года начался вывод основной группировки российских воздушно-космических сил с территории Сирийской Арабской Республики. За время операции российских ВКС в Сирии было совершено около 10 тысяч боевых вылетов. Террористическим группировкам нанесен серьезный урон. Задачи, поставленные перед российскими военными, успешно выполнены.
Законы для службы и мирной жизни
В ноябре 2015 года Владимир Путин дал поручение Правительству Российской Федерации проработать вопрос о наделении юридическим статусом ветеранов боевых действий россиян, участвующих в боевой операции против террористических группировок в Сирии.

3 июля 2016 года глава государства подписал Федеральный закон №256-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О ветеранах». В соответствии с документом статус ветерана боевых действий получают лица, направлявшиеся на работу для выполнения специальных задач на территории Сирии с 30 сентября 2015 года, отработавшие установленный при направлении срок, либо откомандированные досрочно по уважительным причинам.

Подробнее: http://spec.pnp.ru/syria
Три Асада: преемственность сирийской политики
Асад в переводе с арабского означает «Лев». И это символично, поскольку старший Асад, Хафез, родоначальник своеобразной династии сирийских президентов, на протяжении десятилетий утвердил себя не только в восприятии сирийцев, не только в масштабах Ближнего Востока, но и в глазах всего мира как величественный и мудрый правитель.

В лучшем восточном стиле он умело, как немногие в мире, маневрировал между двумя противоборствующими сверхдержавами — СССР и США, между социализмом, объявленным Сирией государственной доктриной, и гибким отношением к мелкому и среднему национальному капиталу. Сирия Асадов менее всего напоминает концлагерь. При этом надо сказать, что даже он недооценивал глубины двуличности «цивилизованного Запада», не распознал его во всей красе. Это досталось в удел его сыну и преемнику Башару.

Откуда такое благодушие? Возможно, его истоки в том, что старший Асад на протяжении многих лет был надёжно прикрыт от посягательств извне могучим Советским Союзом. Отсюда его довольно жёсткая и непримиримая, куда более непримиримая, чем у Башара Асада, политика в отношении радикальных исламистов.

Как тут не вспомнить силовое подавление вооружённого восстания «Братьев-мусульман» в городе Хаме в 1982 году — по приказу Хафеза Асада. Тогда на подавление вооружённого мятежа были брошены не только сирийские спецслужбы, но и вооружённые силы вплоть до тяжёлой артиллерии и танков. Погибло, по, быть может, завышенным оценкам, свыше десяти тыс. человек. Но в мире эти события не получили широкой огласки именно по той причине, что режим Асада находился под ядерно-политическим зонтиком СССР.

Тогда это сработало. Впрочем, сам факт мятежа свидетельствует о том, что корни нынешнего религиозного конфликта в Сирии достаточно глубоки.

Начиная с послевоенного периода, а особенно с приходом к власти клана Асадов в Сирии непрерывно правят алавиты. Это небольшая секта в рамках шиитского направления ислама со строго замкнутой эзотерической религиозной платформой (некоторые исследователи даже оспаривают шиитскую принадлежность алавитов) и изначально изолированным от всего мира образом жизни, преимущественно в горных селениях юго-запада Сирии. Об алавитах почти ничего не было известно до возвышения Асада. Само же это возвышение произошло поистине чудесным образом.

В таком стечении обстоятельств можно увидеть высший смысл. После Второй мировой французская колониальная администрация времён мандата над Сирией, готовясь к предоставлению этой древней стране независимости, начала формировать национальные вооружённые силы. Однако местная суннитская верхушка, представлявшая подавляющее большинство населения страны, считала недостойной для своих сыновей службу в армии и откупалась от неё. Первые военные училища в основном формировались за счёт выходцев из отсталых слоёв населения, в том числе из алавитов.

Так, сам Хафез Асад, оказавшийся в числе будущих офицеров, практически не умел читать и писать… Но ему удалось быстро выдвинуться без протекций, без клановой поддержки. Он окончил колледж ВВС, а потом попал в СССР на военную стажировку и учёбу. Побывал в Москве, в Киеве, послужил в Киргизии. Советская армия произвела на молодого сирийца сильное впечатление. Уважение к нашей стране он сохранит на всю жизнь.

Затем, когда в 1960-е годы не только в Сирии, но и в других арабских странах прошла волна государственных переворотов, к власти вполне закономерно пришли молодые офицеры, вооружённые привлекательной по тем временам идеологией арабского социалистического возрождения. В партию БААС Асад вступил ещё несмышлёным подростком, а к 1960-м годам его позиции окрепли. После одного переворота Асад возглавил ВВС, а затем и все вооружённые силы Сирии, а после второго, в 1970-м, стал премьер-министром Сирии. Вскоре его выбрали и президентом, хотя выборы были по большей части декоративным актом. Власть Асад держал крепко. Череда государственных переворотов в Сирии завершилась.

Партия БААС, что характерно, захватила власть не только в Сирии, но и в Ираке. Придя к власти, сирийские алавиты, естественно, были вынуждены формировать структуру режима с учётом того, что они составляли мизерное меньшинство (меньше половины процента) от общей численности населения. Режим приобрёл кланово-религиозный характер. Все основные должности в армии и спецслужбах жёстко контролировались алавитами.

Понимая уязвимость такой модели правления, старший Асад старался смягчить конструкцию власти путём предоставления второстепенных постов в партии и правительстве выходцам из других конфессиональных групп. Таким образом, ко времени завершения его карьеры сирийская элита представляла собой довольно пёстрый в этноконфессиональном отношении конгломерат сил, стержнем которого справедливо считалось алавитское господство.

Это не могло не вызывать недовольство 60-процентного суннитского большинства, как бы ни старались алавиты придать режиму общенациональный размах. Однако сунниты роптали без особой ярости. При всех противоречиях режим оказался невероятно устойчивым! Сказались глубинные традиции восточной деспотии, сработала силовая вертикаль алавитской власти… К тому же Сирия традиционно на протяжении многих тысячелетий оставалась образцом феноменальной веротерпимости. В сравнении с другими странами региона это просто бросается в глаза.

Здесь веками бесконфликтно соседствовали и до сих пор соседствуют представители трёх монотеистических религий: ислама, христианства и иудаизма. А вспышки религиозного радикализма практически всегда вызывались внешними провокациями. То самое бурное восстание «Братьев-мусульман» в Хаме было вызвано не столько накопившимся недовольством суннитских кругов, сколько подрывной деятельностью западных спецслужб через египетскую штаб-квартиру этой радикальной и воинственной исламской организации.

Политика Хафеза Асада сравнительно быстро дала блестящие социально-экономические результаты. Централизованный госсектор, уберегавший население от нищеты, удавалось успешно сочетать со свободой перемещения и предпринимательства для местного (в основном суннитского) мелкого и среднего бизнеса. Фактически это была модель социализма с человеческим лицом. В рамках официальной идеологии люди могли свободно ездить по миру. Учиться, торговать, сотрудничать… И в то же время жили в Сирии в безопасности. Простой пример: на излёте правления старшего Асада в 1980-е годы, когда мне довелось несколько лет работать в советском посольстве в Дамаске, в стране за год совершалось в среднем 6–7 убийств на 14 млн населения. И не менее половины преступников удавалось поймать. Их публично вывешивали в мешках на одной из центральных площадей Дамаска…

Возможно, Сирия была в те годы одной из самых социально безопасных стран мира. Разговоры же о чудовищных репрессиях, о тайных застенках сирийских спецслужб — не более чем обычный для пропаганды досужий вымысел. Каждое государство обязано защищать себя от внутренних и внешних врагов, и без насилия здесь не обойтись. Если отдельный человек может и даже должен быть мягким, добродушным, то никакое государство не может быть таковым, ибо оно по самому естеству своему выражает коллективную волю народа к выживанию и самозащите. С этой точки зрения сирийский режим был ничуть не более диктаторским и репрессивным, чем любой другой режим на Ближнем Востоке.

Второй из Асадов, которого мне довелось знать, — Басиль, старший сын президента, и судьба его, на мой взгляд, несёт на себе оттенок промыслительности. Первоначально старший Асад планировал передать власть именно ему. Басиль Асад ещё в мою бытность в Сирии успел стать генералом сирийской армии и успешно развивал политическую карьеру. Однако в 1994-м, в 32 года, он погибает в автокатастрофе по пути из Дамаска в международный аэропорт. По моим впечатлениям, Басиль обладал довольно вспыльчивым нравом и склонностью к резким поступкам. Смог бы он выдержать то колоссальное психологическое, интеллектуальное и эмоциональное напряжение, которое легло на плечи его брата Башара в годы Гражданской войны и западной агрессии, продолжающейся и поныне?

С этой точки зрения выдвижение Башара Асада из исторической тени выглядит оптимальным. Обладая незаурядной эрудицией и качественным образованием, полученным в Великобритании, гибкостью ума и стойкостью характера, унаследованной от отца, будучи одновременно философом и воином, третий Асад сумел пятнадцать лет назад адекватно заменить великого Хафеза на посту руководителя Сирии.

Важное отличие между ними состоит в том, что сыну довелось сбросить иллюзии в отношении Запада, которые всё-таки питал старший Асад. Если Хафез Асад, отдавая предпочтение альянсу с Советским Союзом, исповедовал идею равноудалённости, то Башар, лишившись советского «зонтика», сполна ощутил все «прелести» западного отношения к уязвимым странам и народам. Всю лицемерность экс-колонизаторов. Думается, что в лице нынешнего президента Сирии Россия получает куда более надёжного стратегического союзника, чем старший Асад…

Если в результате взаимодействия регулярных войск Сирии с российскими ВКС в ближайший год-два удастся полностью очистить страну от террористов разных мастей, то Башар Асад как герой-победитель, за спиной которого будет стоять опытная и хорошо вооружённая армия, может сформировать новый военно-политический блок на Ближнем Востоке, к которому примкнёт не только Иран, но и рвущиеся к собственной государственности курды, палестинцы, иорданцы и ряд других участников ближневосточного конфликта, недовольных как Западом, так и «жирными котами» Персидского залива. Что очень важно, эта новая ось будет опираться на постоянное военно-политическое присутствие России в регионе, начало которому было положено созданием нашей авиабазы в Латакии и появлением наших кораблей в акватории Банияса, Тартуса и той же Латакии.

Нападки массмедиа на Башара Асада под надуманным предлогом его антидемократичности ничего, кроме смеха, не вызывают. Благодаря целой серии серьёзных политических преобразований младший Асад сумел реально расширить права всех основных политических и конфессиональных групп Сирии. На его примере мы можем убедиться в том, что самым оптимальным способом демократизации любой восточной тирании является не насильственное вторжение в исторический процесс, а ставка на естественную преемственность власти, в результате чего более жёстких отцов меняют более умеренные и терпимые сыновья.

Точно такая же судьба ожидала режим Саддама Хусейна в Ираке и Муаммара Каддафи в Ливии. Но Запад, прервав естественный процесс, не только не достиг объявленного результата — демократизации этих обществ, но и вверг их в кровопролитный хаос развала. На десятилетия вперёд сама возможность восстановления там государственности и порядка похоронена. В случае отстранения Асада — а ведь на этом настаивает администрация США! — та же судьба ждёт и Сирию.

Александр НОТИН
Дважды спасенная
В конце марта 2016 года в соответствии с решением Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами Российской Федерации министром обороны России были отданы указания на переброску специалистов Международного противоминного центра ВС РФ в Сирию для участия в гуманитарном разминировании древней Пальмиры, освобожденной от террористов сирийской армией. Этим своим искренним и дружеским шагом Россия показала, что спасение наследия мировой культуры для нее не менее важно, чем борьба с международным терроризмом.

Отряд разминирования Международного противоминного центра Вооруженных Сил Российской Федерации полностью автономен и укомплектован самыми современными комплектами разминирования и защиты. Такими, как селективные переносные индукционные миноискателии ИМП­2С, переносные искатели проводных линий управления взрывными устройствами ПИПЛ, переносные искатели неконтактных взрывных устройств ИНВУ­3М, общевойсковые комплекты разминирования ОВР­2 и другими. Отряд снабжен современными средствами жизнеобеспечения ­ автономными установками энергоснабжения, полевыми кухнями, палатками и контейнерами для размещения военнослужащих. В начале апреля он был в два этапа переброшен самолетами военно-­транспортной авиации и тут же приступил к разминированию…

Пальмира! Знакомое со школьных времен название. Населенный пункт на территории Сирии в 240 километрах от Дамаска. Город сам по себе небольшой, но имеет всемирную славу. Это поистине сокровище. Археологические памятники Пальмиры входят в Список всемирного наследия ЮНЕСКО. Но это название близко нам еще и потому, что Санкт­-Петербург у нас нередко именуют не только культурной столицей, но и Северной Пальмирой. Ведь в мировое наследие ЮНЕСКО входит и исторический центр Санкт-­Петербурга, неповторимого города, где оживает история, куда со всего мира едут люди, чтобы своими глазами увидеть шедевры архитектуры.

Таким образом, Пальмиру по своей исторической значимости вполне можно заочно назвать «родственницей» нашего Санкт­Петербурга. Так что для нас не чужой этот далекий сирийский город. Как, впрочем, и для всего мира, ведь наследие­-то мировое. Хотя в деле его спасения мы, как бывало не раз, вновь оказались первыми. Но это уже, наверное, вопрос нашего российского менталитета. Не вдаваться в рассуждения и не оглядываться на других, а дело делать, первыми идти на помощь самим. Тогда, может быть, и другие подтянутся…

Древние сооружения Пальмиры мы помним из уроков истории. Простояли эти памятники вплоть до наших времен, но кто мог подумать, что их начнут уничтожать в наш, казалось бы, такой просвещенный век научно­технической революции. Нормальному человеку трудно представить, что творили там террористы. Что за сатанинское наслаждение испытывают они от того, что режут головы людям или взрывают шедевры под дружный звериный вой? Из всего, что говорится в средствах массовой информации о зверствах и произволе боевиков в Сирии, мне особенно врезалось в память одно сообщение. О том, что боевики расстреливали пленных на территории древнего амфитеатра в Пальмире, и в совершении казней участвовали подростки. В этом проявляется вся нечеловеческая сущность террористов. Они и своих детей воспитывают в духе ненависти к людям и сокровищам цивилизации. Пальмира была под пятой боевиков с мая 2015 года, когда ее захватили. Наших саперов туда направили сразу после освобождения города-­сокровища. Боевики успели уничтожить или вывезти на продажу часть исторических памятников. Но неравнодушное человечество вздохнуло все же с облегчением ­ могло ведь быть и хуже, причем гораздо. Выяснилось, что большинство памятников все же уцелело. Специалисты из департамента древностей и музеев арабской республики отметили, что сохранилось порядка восьмидесяти процентов памятников.

Но это вовсе не значило, что им суждено стоять дальше и радовать людей. Напротив, террористы обрекли шедевры на разрушение. Они сплошь заминировали их. Причем минировали заранее, тщательно. Об этом говорит тот факт, что минирование производилось основательно, со знанием дела.

Саперы сирийской армии, при всем к ним уважении, с такой сложной задачей справиться не могли. Не хватало у них для этого нужных технических средств, но самое главное ­ профессионалов высокого уровня, имеющих опыт разминирования разнообразных взрывных устройств любой сложности. Зато все это ­ и опытнейшие профессионалы, и новейшие средства разминирования ­ есть у россиян. И Россия, верная своим гуманным традициям, пришла на помощь. Как это бывало неоднократно начиная с давних времен.

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

Возьмем лишь некоторые примеры из периода Великой Отечественной войны. При отступлении от Ленинграда гитлеровцы только в Екатерининском дворце в Пушкине заложили одиннадцать тонн взрывчатки. Разминировать пришлось Петергоф, Ясную Поляну под Тулой, Киево-­Печерскую лавру, по ходу наступления советских войск ­ расчищать от немецких мин европейские жемчужины. Советские войска, освобождая Европу и саму Германию от фашистского ига, старались всеми силами сохранить памятники мировой культуры. Был сохранен для мировой цивилизации неповторимый своими памятниками город Краков, который фашисты собирались взорвать. Так же как и Белград, по планам «высшей расы» подлежащий уничтожению целиком, был спасен нашими войсками. Были сохранены историческая часть Будапешта, Вена, другие города. Саперам приходилось решать несвойственные им задачи по спасению культурных ценностей. Вспомним, что именно благодаря инженерно-­саперным войскам была сохранена мировая сокровищница ­ Дрезденская галерея. Таких примеров можно привести очень много.

С миссией гуманитарного разминирования российские саперы выступали в разных странах, проявили себя достойно. Вот что, в частности, сказал в своем интервью первый заместитель директора ФГУ «Агентство по обеспечению и координации российского участия в международных гуманитарных операциях «Эмерком» Юрий Бражников, говоря о том, в каких странах работали российские саперы МЧС:

«Я вам просто перечислю: Босния и Герцеговина, Хорватия. В Ливане и на Шри­-Ланке отряд официально не работал, но там были наша техника, наша методология, наше оснащение. Никарагуа ­ это пятая страна. Давайте еще Сербию включим и, конечно, Афганистан. Итого семь государств. Самое масштабное разминирование было проведено опять же на Балканах, на территории Сербии. Там в экономический оборот возвращено порядка 20 тысяч квадратных метров площадей. Это трассы энергетических сетей, это объекты экономические, которые нельзя было запустить, это места, где работало население по сельскохозяйственным программам, и так далее. В 2008 году мы начали эти работы в большом масштабе, хотя до этого в Боснии и Герцеговине работали и в Хорватии частично по проектам разминирования под эгидой и по стандартам ООН. А в Сербии мы уже практически на постоянной основе регулярно работаем над возвращением в экономический оборот территорий, где есть взрывоопасные предметы.

Наши КамАЗы из Ногинска первыми вошли в Кабул, мы первыми разминировали Саланг, восстановив его в техническом плане, для того чтобы и беженцы там могли перемещаться с юга на север и с севера на юг, и гуманитарная помощь шла по этому коридору. Это было в 2001­-2002 годах, во время антиталибской международной операции. Через Пяндж сделали специальную переправу вместе с нашими германскими партнерами. По понтону, по самому короткому пути через Кундуз, шла помощь как российская, так и Всемирной продовольственной программы и других организаций, которые хотели бы помочь населению Афганистана.

В Кабуле разминировали некоторые объекты, в том числе комплекс зданий российского посольства, это тысячи боеприпасов. Только с территории посольства было снято порядка 300 боеприпасов большой мощности. То есть объемы были колоссальные, время тоже было очень сжато.

Плюс проверка дорог, по которым шли гуманитарные грузы, с точки зрения исключения минной опасности. И в Баграме, который был очень сильно заминирован, мы тоже осуществляли такую проверку. В Баграме один за другим садились наши самолеты с гуманитарной помощью…»

И вот теперь саперы Международного противоминного центра Вооруженных Сил Российской Федерации проявили истинный профессионализм, мужество и самоотверженность, выполняя гуманитарное разминирование в Сирии. Ведь все мы знаем, что историко-­архитектурная часть Пальмиры была полностью разминирована уже в апреле. И эта страница работы наших саперов по спасению всемирного наследия ЮНЕСКО уже вошла в историю. Но об этом мы подробнее поговорим дальше.

А сейчас не хотелось бы ограничиваться разговором только о гуманитарном разминировании. Наверное, есть смысл продолжить разговор о той миссии добра, которую несут россияне в разных точках планеты, о нашем русском характере. На мой взгляд, именно в нашем менталитете заложена вся основа тех добрых дел, что бескорыстно делаются нашими соотечественниками.

О РОССИЙСКОМ МЕНТАЛИТЕТЕ

Мне кажется, что в столь бережном отношении к памятникам мирового наследия проявляется сущность нашего народа. То, что издавна заложено на подсознательном уровне. Наверное, это у россиян в генах и передается из поколения в поколение. Своего рода код цивилизации, установка на добро. Спасать других и жертвовать ради других.

Древнюю красавицу Пальмиру российские военнослужащие спасли дважды. Первый раз ­ когда город освободили от террористов. Без поддержки российских ВКС сделать это было бы невозможно. Но, еще раз подчеркнем, наши люди, когда кому-­то помогают, то делают это по-­русски, от души. То есть идут до конца, невзирая ни на что, даже на смертельный риск.

Именно во время боев за освобождение Пальмиры погиб российский офицер спецназа Александр Прохоренко. Зарубежная пресса восхитилась его подвигом, сравнив с Рэмбо. Но такое сравнение неуместно. Человек мужественно сражается до конца и сознательно идет на самопожертвование. И причем здесь выдуманный американский киногерой? У нас хватает своих героев, реальных, истинных. Александр Прохоренко погиб как настоящий русский офицер. Сражался до конца, в традициях русского воинства.

В официальном комментарии от представителей российского пункта базирования Хмеймим сообщалось: «При выполнении специальной задачи по наведению ударов российских самолетов на цели террористов ИГИЛ погиб офицер российских сил специальных операций. Офицер выполнял боевую задачу в районе Пальмиры в течение недели, выявляя важнейшие объекты игиловцев и выдавая координаты для нанесения ударов российскими самолетами. Военнослужащий героически погиб, вызвав огонь на себя, после того как был обнаружен террористами и окружен…» Первоначально фамилии офицера не сообщалось, ее назвали позже. Указом Президента РФ за мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга, старшему лейтенанту Александру Александровичу Прохоренко присвоено звание Героя России (посмертно).

И вот теперь, после ударов российской авиации по боевикам, после подвига Александра Прохоренко, вызвавшего огонь на себя, Пальмиру спасли второй раз. Теперь от мин. И с самого начала было понятно, что раз наши взялись за это дело, оно будет сделано до конца. Так же самоотверженно. И дважды спасенный древний город будет жив не только благодаря выпущенным по террористам с самолетов ракетам и извлеченным минам. Он будет жить благодаря тому, что в него теперь вложена частичка нашей, русской, души. Частичка души всех, кто здесь рисковал жизнью в воздухе и на земле. А еще останется частичка души Александра Прохоренко. И это навсегда…

Мне кажется, именно душевная щедрость наших соотечественников и есть стержень той высокой гуманитарной миссии, которую выполняют наши военнослужащие. Причем в самых разных сферах и в разные времена. Сейчас вдруг вспомнился разговор с одним полковником-­ветераном, опытнейшим инженером, ставившим армейские мобильные мосты через горные ущелья во время службы в Афганистане. Он рассказывал мне, как побывал там спустя годы: «Представляешь, а ведь те мосты еще стоят! Заезженные, некоторые уже без перил, но стоят прочно! И афганцы по ним ездят. Когда они узнавали, что я их тоже ставил, то благодарили так, что трудно было не прослезиться…»

Еще один пример, очень характерный. Я подробно общался с нашими военнослужащими, устанавливавшими разборные мосты САРМ­М в Ливане взамен капитальных мостов, дотла разрушенных ударами израильской авиации. Было это, если наши читатели помнят, в 2006 году. Тогда на базе Каширской инженерной бригады был сформирован отдельный мостовой батальон для оказания дружеской помощи этой стране. Ведь транспортное сообщение в ней было нарушено. И знаете, что меня лично больше всего впечатлило в беседах с военнослужащими этого батальона, когда мостовики вернулись после успешного выполнения задачи? То, что они рассказывали об этом так, словно эти мосты они ставили не для чужой страны, а для своей. Они воспринимали беду другого народа как собственную. Иначе бы не сделали то, что казалось невозможным. Ведь изначально было запланировано установить шесть мостов САРМ­М взамен разрушенных, при этом исходили из действующих нормативов. Но каширские мостовики установили не шесть, а девять мостов! Темпы работы были немыслимыми, хотя каждый мост требовал отдельного технического решения, а работы отличались огромными трудозатратами.

«Таких нормативов в мире просто не существует», ­ лаконично сказал мне главный инженер батальона подполковник Николай Фещенко, награжденный за выполнение этой задачи (несколько лет назад он уволился в запас). И с сожалением заметил, что наши мостовики, оказывается, хотели поставить еще один мост, в горах, самый сложный, но им запретили это делать из соображений безопасности. Можете себе представить, высота установки этого «поднебесного» моста составила бы порядка 180 метров! «А мы бы сделали! ­ убежденно сказал мне главный инженер. ­ Было бы применено уникальное техническое решение, мы все рассчитали…» И это были не пустые слова после девяти сложнейших мостов, установленных ими.

Вот она, сущность российского характера. Мостовики выполнили задачу невероятной сложности и еще жалели, что не сделали большего. Не за славу, не за награду, а чтобы помочь людям…

В общей сложности установленные россиянами на юге Ливана мосты составили пятьсот сорок метров. Это были пятьсот сорок метров России, ее душевной щедрости в далекой стране. Те мосты стоят и сейчас, и русских там вспоминают с добром…

Мне кажется, все то, что сделано нашими военнослужащими в Сирии и в ходе воздушной операции по уничтожению террористов и во время разминирования, тоже сделано от души. Об этом говорят результаты, а еще искренняя благодарность сирийцев.

РАБОТА БЕЗ ПРАВА НА ОШИБКУ

И вот россияне в очередной раз спасли мировое историческое наследие. Тем самым продолжив добрую славу советских саперов времен Великой Отечественной войны, сумевших в горниле боев сохранить многие мировые исторические ценности, о чем уже упоминалось выше.

Российские саперы постоянно ощущали на себе заботу и внимание своего государства, начиная с того, что они были обеспечены всем необходимым в полной мере. О работах по разминированию Пальмиры докладывалось лично Президенту России Владимиру Путину. И уже 21 апреля наступил тот поистине исторический момент, когда начальник инженерных войск Вооруженных Сил Российской Федерации генерал­-лейтенант Юрий Ставицкий прямо из Пальмиры в режиме телемоста доложил Верховному Главнокомандующему о том, что «на сегодняшний день задачи по разминированию архитектурно­исторической части Пальмиры выполнены в полном объеме».

Мировое наследие было спасено. Вместе с главой государства в ситуационном центре Кремля находился министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу.

Генерал-­лейтенант Юрий Ставицкий докладывал о ходе разминирования в Пальмире на фоне древнего амфитеатра, спасенного нашими саперами от мин, и это было символично. Но впереди у наших специалистов на тот момент была еще долгая, трудная и опасная работа по дальнейшему разминированию других объектов. Мы же, как говорится, несколькими штрихами вспомним о том, как спасали мировое наследие Пальмиры.

Начнем с того, что риск удалось свести к минимуму, хотя в работе сапера без него не обойтись. Нашли успешное применение современные роботизированные комплексы Уран­-6. До этого такие роботы прошли обкатку (и продолжают сейчас «трудиться» там же) в ходе сплошного разминирования, уже несколько лет проводимого нашими военными саперами на территории Чечни и Ингушетии. Саперы довольны. Хорошая, надежная техника. Берет на себя самую опасную работу по разминированию, сохраняя жизнь и здоровье людей, а по производительности заменяет целое подразделение саперов.

Помимо последних технических новинок вместе с саперами на разминировании Пальмиры и других объектов неизменно работали специально обученные собаки из кинологического подразделения. Как говорят сами саперы, даже при самой совершенной технике «наши собачки и щупы бессменны»! И это истинная правда. Щуп у сапера, как часть тела, всегда при себе, а что касается собак ­ отдельный разговор. Сколько жизней спасли эти верные друзья человека при разминировании в той же Чечне ­ не сосчитать. Расчеты минно­розыскных собак не заменят ни роботы, ни другая совершенная техника. Например, что касается поиска взрывоопасных предметов, не содержащих металл. Собачий нюх не обманешь, это самой природы совершенство!

Из­за сорокоградусной жары работы велись посменно, в облегченных защитных костюмах. Собакам, как и людям, тоже нужно было отдыхать.

Каждый раз на том или ином участке разминированию обязательно предшествовала тщательная разведка. Современные технические средства позволяют значительно повысить уровень ее безопасности, местность тщательно осматривается с воздуха посредством специальных летательных аппаратов. Но все равно без участия человека не обойтись. Разведку доверили лучшим профессионалам. Была составлена подробнейшая минная карта. Разведка ­ это своего рода начало начал работ на любом участке, без нее не ступить и шагу. Только после этого по участку могут идти саперы с собаками и миноискателями.

Террористы весьма квалифицированно напичкали памятники архитектуры и всю местность самодельными взрывными устройствами (СВУ). Каждое из таких хитроумных устройств таило свои сюрпризы. Одно могло немедленно взорваться, другое скрывало ловушку для сапера, третье ­ еще что­то. Вариантов масса. Боевиками было заминировано все, что они не успели разрушить. Взрывные устройства были заложены повсюду ­ под землей, на стенах зданий, в древних колоннах, останках барельефов. С самого начала, разминируя исторический центр, саперы осматривали буквально сантиметр за сантиметром, метр за метром.

Чтобы сохранить мировое наследие ЮНЕСКО, саперы действовали очень деликатно. Ведь зачастую нельзя было взрывать особо опасные закладки на месте, как это делается в обычных условиях. Здесь необходимо было обезопасить древние памятники от воздействия взрыва. И нередко саперам приходилось разминировать очень изощренно установленные «сюрпризы», несущие разрушения и смерть. Но, идя на риск, они делали эту ювелирную работу с высочайшим профессионализмом. В результате сработали безукоризненно.

В разминировании памятников, таких как римский амфитеатр, очень хорошо показали себя роботехнические комплексы «Уран­6». Мощным направленным ударом они способны обезвредить взрывное устройство.

Темпы работы, несмотря на сложность и риск, были с самого начала впечатляющими. Например, в один из первых дней за несколько часов было обезврежено более 120 взрывных устройств, разных по конструкции. Одни из них подрывались на месте с использованием средств локализации взрыва, другие вывозились подальше от исторических памятников и ликвидировались за пределами территории. Каждый раз решение принималось, исходя из ситуации. Опытные саперы говорят, что одинаковых разминирований не бывает. Ведь разнообразию хитроумных конструкций нет пределов.

Из сообщений Управления пресс­службы и информации МО РФ во время разминирования историко­архитектурного центра Пальмиры:

«В ходе инженерной разведки российские саперы обнаружили и извлекли самодельные взрывные устройства, установленные на дорогах, перекрестках, в придорожных строениях и объектах жизнеобеспечения (электроподстанции, насосные стации водопровода, хлебопекарни, больницы) и представляющие собой части водопроводных труб, начиненные взрывчаткой, а также самодельные кумулятивные и противотанковые мины, оснащенные электродетонаторами. Неизвлекаемые взрывные устройства уничтожаются на месте с применением специальных накладных зарядов… Группа разминирования в ходе инженерной разведки задействовала минно­розыскных собак, селективные переносные индукционные миноискатели ИМП­2С, переносные искатели проводных линий управления взрывными устройствами ПИПЛ, переносные искатели неконтактных взрывных устройств ИНВУ­3М…»

Дьявольская изощренность террористов, несомненно, знающих толк в минном деле, делавших все эти хитроумные и опасные минные закладки, разбилась о профессионализм наших саперов. На всякие хитрые штуковины у них есть свой уникальный опыт обезвреживания взрывоопасных предметов (ВОП) практически любых конструкций. В одном из телерепортажей из Сирии наш офицер­сапер, стоя на автомобильной дороге, возле большой ямы с уложенными в ряд фугасами, рассказывал, что они были заложены на глубину более полуметра, залиты бетоном, а сверху был уложен свежий асфальт. Нашли, обезвредили. Для наших специалистов это оказалось не проблемой. Как и разминирование любых других минно­взрывных «сюрпризов».

То, что десять объектов исторического наследия были полностью разминированы и сохранены для человечества, и явилось самым убедительным доказательством профессионализма высочайшего класса, который показали военные саперы. И конечно же, беспримерного мужества, присущего людям этой суровой и благородной профессии. Начиная лично с начальника инженерных войск ВС РФ генерал­лейтенанта Юрия Михайловича Ставицкого, который является опытнейшим профессионалом и прошел обкатку не одной войной. За плечами у него все командные должности. С 1986 по 1988 год он проходил службу в Демократической Республике Афганистан, где принимал участие в боевых действиях. Повторно пришлось ему воевать в период с 1999 по 2000 год, во время проведения контртеррористической операции в Северокавказском регионе. Юрий Михайлович награжден орденами Красной Звезды, Мужества, «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени, афганским орденом «Звезда» и рядом медалей…

Помимо десяти объектов исторического мирового наследия было разминировано 234 гектара территории, 23 километра дорог. На момент полного разминирования архитектурно­исторической части Пальмиры нашими саперами было обезврежено около трех тысяч (!) взрывоопасных предметов…

Но, повторим, впереди специалистов российского отряда разминирования Международного противоминного центра ВС РФ ждали новые задачи по разминированию других объектов, однако это уже, как говорится, отдельная история.

Мы же обратим наше внимание на Международный противоминный центр ВС РФ, специалисты которого столь ярко проявили себя в сложнейшей работе. Вряд ли кто­нибудь смог справиться с разминированием мирового наследия лучше их, и на то есть свои объективные причины. Попросту говоря, таких специалистов здесь готовят! Что называется, по высшему разряду. Поговорим об этом подробнее.

ЦЕНТР ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛИЗМА

Начнем с того, что структура эта относительно новая, но уже, как видите, успела себя зарекомендовать. Причем не только в Сирии, о чем будет сказано дальше. А о степени компетентности специалистов скажет хотя бы тот факт, что они пользуются правом оценивать результаты работ по разминированию. Это высший экспертный уровень по международным критериям.

О том, для чего была образован центр, говорит сообщение Управления пресс­службы и информации МО РФ:

«Современная геополитическая ситуация в мире, стремление отдельных государств, а также различных группировок террористического толка к расширению сферы своего влияния приводит к увеличению очагов напряженности и возникновению локальных конфликтов на планете.

Одним из основных видов вооруженной борьбы в таких конфликтах становится превалирующее применение артиллерии, авиации и диверсионно­подрывная деятельность, в результате чего после урегулирования военной фазы остается большое количество неразорвавшихся боеприпасов и других взрывоопасных предметов ­ фугасов, мин, самодельных взрывных устройств.

Для полноценного перехода к мирной жизни, восстановления инфраструктуры и экономики в целом необходима профессиональная помощь хорошо оснащенных подразделений по гуманитарному разминированию.

В качестве ответа на данные вызовы современности 1 августа 2014 года решением министра обороны России сформирован Международный противоминный центр Вооруженных Сил Российской Федерации (н.п. Нахабино, Московская область), предназначенный для подготовки специалистов по гуманитарному разминированию в соответствии с международными стандартами противоминной деятельности Организации Объединенных Наций IMAS».

Здесь концентрируется кладезь отечественного опыта разминирования. Это опыт российских саперов, полученный в гуманитарных разминированиях Боснии и Герцеговины, Хорватии, Косово, Афганистана, Ливана, Сербии и т.д. Это обобщенный опыт двух «чеченских» войн, как и опыт продолжающегося несколько лет сплошного разминирования Чечни и Ингушетии. Знания и технологии объединили здесь, в Международном противоминном центре.

Новая структура активно развивается. Центру предстоит стать важным элементом в международной системе подготовки специалистов по борьбе с взрывоопасными предметами, прежде всего, самодельными взрывными устройствами. Основными задачами являются подготовка специалистов вооруженных сил стран ­ участников СНГ и других иностранных государств по сплошной очистке местности от взрывоопасных предметов в ходе проведения миротворческих и гуманитарных операций под эгидой ООН и других международных организаций, а также специалистов по противодействию самодельным взрывным устройствам. Предусмотрено участие специалистов центра (российских военнослужащих) в составе международных «оперативных групп разминирования» за пределами территории Российской Федерации. Гуманитарное разминирование в Сирии ­ это первая зарубежная миссия специалистов центра.

Но первым боевым крещением для Международного противоминного центра (МПЦ) ВС РФ стало выполнение задач по обеспечению безопасности при строительстве транспортного перехода и других линейных объектов через Керченский пролив, очистке местности от взрывоопасных предметов в районе строительства моста. Отряд разминирования МПЦ был сформирован исключительно из военнослужащих по контракту, имеющих большой практический опыт разминирования. Его оснастили современными средствами инженерной разведки и индивидуальной защиты, дали ему специальную технику, позволяющую выполнять задачи в условиях любой местности. Этот отряд был предназначен для выполнения наиболее сложных задач, требующих высокой квалификации по разминированию местности и объектов. Все работы по ведению инженерной разведки и разминированию саперы проводили в обеспечивающих надежную защиту общевойсковых комплектах разминирования ОВР­2.

Саперы устраняли последствия боев 1943­1944 годов в водах Керченского пролива и Таманского залива в битве за Крым. Там оставалось большое количество взрывоопасных предметов. По тем или иным причинам они оказались заглубленными, а в наше время стали естественным образом выталкиваться на поверхность. Протяженность общего участка, подлежащего очистке, включающего в себя мостовой переход с учетом суши, вместе с рабочими площадками и подъездными путями составляла 18 километров.

Саперы обезвреживали сотни боеприпасов различного калибра на глубинах в несколько метров. В том числе авиабомбы, очень много минометных мин, 122­мм артиллерийских снарядов. Металлоискатели то и дело срабатывали на осколки разорвавшихся боеприпасов, патроны, ручные гранаты.

Водолазы расчищали акваторию Керченского пролива. По сигналу прибора они либо раскапывали ил, либо грунт размывался водяной помпой. Слой ила, достигающий порой полутора метров, откачивался до тех пор, пока предмет не обнажался. Если трогать было нельзя, то боеприпас уничтожался на месте. Особенно чувствительны были 45­мм мины, которые могут сработать от малейшего прикосновения…

Вся это предельно сложная в профессиональном плане, трудоемкая и, конечно же, опасная работа была выполнена успешно. Тем самым была обеспечена безопасность как на этапе строительства моста через Керченский пролив, так и будущего движения по нему. Генерал­лейтенант Юрий Ставицкий сообщил, что всего за 2015 год в районе строительства перехода было обнаружено 387 взрывоопасных предметов, в общей сложности был очищен 21 гектар земли.

«Обкатка» на Керченском проливе показала высочайший уровень профессионального мастерства специалистов центра. И это не случайно. Ведь в качестве преподавателей в нем собраны лучшие из лучших специалистов.

Начальник Международного противоминного центра ВС РФ полковник Игорь Михайлик, награжденный медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» 2­й степени, в одном из своих интервью отметил, что преподаватели имеют большой опыт разминирования, как гуманитарного, так и боевого, в ходе локальных конфликтов. При этом все они имеют научные степени. Таким образом, наука и практика совмещены в центре воедино. Изучаются разнообразные взрывные устройства, прежде всего любые новшества в их конструкции. Это можно назвать одной из главных специализаций центра. Трудно найти других таких специалистов, которые бы так хорошо знали толк именно в разминировании самоделов, как часто называют в обиходе самодельные взрывные устройства. Их возьмется разминировать далеко не каждый специалист, для этого нужно иметь за плечами солидный опыт и отслеживать все новинки, применяемые террористами.

«Мы имеем право участвовать в создании новых структур, постоянно пополняем базу самодельных взрывных устройств, по крупицам обобщаем передовой опыт группы разминирования, которым готовы поделиться», ­ отметил полковник И. Михайлик.

Что и говорить, не зря специалисты мобильного отряда по гуманитарному разминированию так достойно зарекомендовали себя в Сирии. Ведь они были подготовлены к обезвреживанию взрывных устройств любого типа.

Для сапера, который при любом раскладе вынужден неизбежно рисковать жизнью и здоровьем, на первом месте стоит безопасность. Это отлично знает на собственном опыте начальник инженерных войск ВС РФ генерал­лейтенант Юрий Ставицкий. И, по признанию коллег, он все последние годы уделяет особое внимание именно тому, чтобы оснащение сапера было на самом современном уровне.

«В результате сейчас на вооружении у наших специалистов прекрасные образцы оснащения, которые ни в чем не уступают зарубежным аналогам, ­ отметил полковник Игорь Михайлик. ­ Это показали, в частности, сравнительные испытания, которые мы проводили в нашем центре».

Специальные костюмы для разминирования обеспечивают защиту сапера на требуемом уровне при хорошей комфортности. Наиболее опасные работы, как упоминалось, выполняют роботы­саперы, как при сплошном разминировании в Чечне и Ингушетии, при гуманитарном разминировании в Сирии. Раньше их не было на вооружении у саперов, и это долгожданное новшество дает профессионалам гораздо больше шансов обеспечить свою безопасность. Кстати, в скором времени планируется оснастить роботизированными комплексами все инженерные соединения и учебные центры. Делается все для того, чтобы роботы в максимальной степени заменили труд человека, обезопасив его. Хотя в полной мере сделать это невозможно, во всяком случае в обозримой перспективе. Изобретательность человека или нюх собаки не заменит ничто. На сегодняшний день, как отмечают специалисты МПЦ, при разминировании применяется комплексный подход. То есть, дополняя друг друга, как одно целое работают опытные профессионалы, расчеты с минно­розыскными собаками и роботехнические средства. Это и дает нужный эффект. Как это и было при сложнейшем в профессиональном отношении разминировании архитектурно­исторической части Пальмиры.

Уже упоминалось, что центр выполняет такую задачу высшего экспертного уровня, как контроль качества выполнения задач по разминированию другими организациями. Это очень важная функция. Ведь специалисты центра дают заключение ­ все ли разминировано, можно ли безопасно ходить по очищенной территории. Согласитесь, этот как раз тот самый вопрос, который волнует людей после разминирования больше всего. Всегда в глубине подсознания таится пресловутое «а вдруг»? Специалисты центра должны исключить возможность подрыва после разминирования полностью. И к этому они профессионально подготовлены.

Таким образом, Международный противоминный центр, основной функцией которого является подготовка специалистов по гуманитарному разминированию, способен готовить первоклассных саперов и самостоятельно решать эти задачи.

Вообще же если брать в мировых масштабах, то работы по разминированию человечеству еще хватит надолго. Проблема остается актуальной и острой. Ежегодно тысячи людей подрываются на неочищенных от мин территориях. Серьезная ситуация сложилась в Афганистане, Иране, на ирано­иракской границе, на Африканском континенте, где всегда было неспокойно, в странах Латинской Америки и ряде других регионов мира. Эти проблемы нужно будет решать, как говорится, всем миром. И прежде всего усилиями специалистов по гуманитарному разминированию. Как раз таких, подготовкой которых занимается наш Международный противоминный центр ВС РФ.

Интерес к подготовке в центре уже неоднократно высказывали представители зарубежных стран, и это говорит об авторитете российской школы подготовки специалистов по разминированию. Так, во время международной конференции военные атташе ряда стран смогли наблюдать за работой отряда гуманитарного разминирования центра, ознакомились с новыми образцами защитного снаряжения сапера и средствами поиска взрывоопасных предметов. Гости также увидели действия подразделений по инженерному обеспечению боя. После этого некоторые военные дипломаты проявили интерес к возможности обучения в центре своих специалистов.

Полковник Игорь Михайлик, имеющий за плечами большой профессиональный опыт, особенно подчеркнул тот факт, что авторитет российских саперов в мире высок. «Наши специалисты пользуются особым уважением у зарубежных коллег, можете мне поверить», ­ сказал он. И эти слова подкреплены реальными делами.

А миссию по спасению мирового наследия ЮНЕСКО в Пальмире трудно даже оценить в каких­то эквивалентах. Ибо исторические шедевры бесценны. Как и человеческие жизни, которые спасают саперы своей самоотверженной работой. Спасибо этим мужественным людям. Они идут по своему трудному пути с закрытым забралом защитного саперного шлема и открытой и щедрой русской душой…

Олег КОБЫЛЕЦКИЙ

http://orientir.milportal.ru/dvazhdy-spasennaya-palmira/