По-видимому, заключение уже написал А. А. Громыко — бывший член Политбюро ЦК КПСС, министр иностранных дел СССР. Спохватился!..
«Когда правительство Афганистана объявило курс на национальное примирение, из этой страны в Москву, вначале, шли оптимистические сообщения об обстановке. Наши военные руководители в Афганистане, явно под влиянием афганских представителей (дипломат со стажем имел в виду, конечно, М. Наджибуллу — В. П.), информировали Москву об успехах этого курса на примирение и об улучшении дел. Имело место слишком доверчивое отношение к получаемым от афганских кругов сведениям. В результате, центр во многом вводился в заблуждение. И так продолжалось довольно длительное время.
В этот же период росли и паши потери в Афганистане.
* Афганистан в нашей судьбе. М., Изд-во «Агентство Печати Новости», 1989, с. 99.
Осторожничал А. А. Громыко в своих мемуарах. Как будто и не присутствовал он на заседаниях и совещаниях руководства СССР по афганскому вопросу. Получается, по В. Маяковскому, в его стихотворении об алиментах: «И я, мол, не я. И она не моя. И я, вообще, кастрат».
Нет ответа на основной вопрос, который ставит сам А. А. Громыко: почему центр «довольно длительное время» «вводился в заблуждение»?
Или его вводили те, кому это было выгодно во внутри — и внешне (скорее всего) политических целях…
27 декабря 1989 г. Комитет Верховного Совета по международным делам сообщает: «В итоге обстоятельного анализа имеющихся данных комитет пришел к выводу, что решение о вводе советских войск в Афганистан заслуживает морального и политического осуждения».
Таковы факты, подтвержденные официальными документами. Это было начало кровопролитной войны, длившейся более девяти лет.
Я стараюсь исходить из основного своего принципа, который заронил в мою душу
Валентин Варенников утверждает и вопрошает (цитирую) «…почему, договорившись заранее — Шеварднадзе и Горбачев об этом прекрасно знали, — что вывод наших войск будет осуществляться зеркально с ликвидацией баз мятежников на территории Пакистана, это не было выполнено?… Я не один раз предлагал: базирование оппозиции должно быть обязательно ликвидировано, ведь это угроза не только Афганистану, но и всей нашей Средней Азии. Исторически так сложилось, что у нас 183 объекта,
Валентин Варенников, давая интервью газете «Завтра» (1994 г.), настаивает на том, что «Горбачев и Шеварднадзе,
Вот тебе на! Оказывается, как в стародавние тоталитарные времена, теперь в обойму пособников американского империализма попали Горбачев и Шеварднадзе. Не хочу и не буду мотаться с одной стороны баррикад на другую. Пусть они сами сводят с собой счеты. Меня, как «афганца», тревожит совсем другое: мы вернулись, но кто мы для нашего общества сейчас? Российская мафия великолепно ловит рыбку в мутной воде, а генерал твердит свое: «Американцы сделали все возможное, чтобы мы увязли в Афганистане и наши затраты там были максимально большими». Господи! Вы — представитель Ставки Верховного главнокомандования и что — только теперь, после «Матросской тишины» — додумались о целях руководства США в отношении ввода советских войск в Афганистан. Отслужив положенные мне по Конституции три года в армии, навидавшись и перенесши все и вся, остался я таким наивным человеком, который и сейчас думает, что уж в нашей армии действительно на всех ступенях находятся тактики и стратеги высшего класса.
Не хочу хаять фронтовика Великой Отечественной Валентина Варенникова, но никогда мне не забыть трупы наших солдат на пути от селения Каджаки до Лашкаргаха. Это по его приказу, уже после вывода нашей бригады спецназа из Гильменда, солдат посылали достраивать ежедневно разрушаемую моджахедами ЛЭП. Зачем? Мы уходим! Так нет: я, говорит генерал армии, обещал в Москве, что электричество в Кандагаре и Гильменде будет. Она, эта линия, так и не пришла ни в Кандагар, ни в Гильменд. А трупы остались.
И остались у меня в душе, в мозгу, в сердце кровавые ошметки от солдатских молодых тел, разбросанные на металлических опорах ЛЭП. И ни чеканный шаг генерала Громова по Термезскому мосту 15 февраля 1989 г., ни интервью Варенникова не заглушат мою боль.
Когда-то прочитал одну маленькую, но глубокую по психологической развязке заметку о том, что в Великобритании, неожиданно, увеличилось число самоубийств в метрополитене. Бросаются люди под поезда. В отличие от нашего руководства, ответственные лица в Англии обратились к психологам. Те, поразмышляв, нашли отгадку. Выходя на станции, глаза пассажира утыкаются в табло „no exit“, т. е. «нет выхода» и, замордованный в конец безработицей, или финансовым крахом, или семейными заботами, так сказать, средний англичанин предпочитает рухнуть под поезд. Психологи рекомендовали сменить табло «нет выхода» на другое: «выход не здесь». И число самоубийств резко сократилось.
Вот так получилось, похоже, и с нашим присутствием в Афганистане. Высшее руководство сообразило, что выход есть, но «не здесь». С тяжелыми боями, оставляя очередные трупы, но мы вывели войска из Афгана. К установлению мирной жизни в этой стране, в Афганистане, это действо так и не привело: раздув пожар войны, подобный пожару в сибирской тайге, уходя, мы оставили много тлеющих головешек, которые ныне не просто тлеют, а поддают жару для новых зон ожесточенных столкновений между различными группировками исламского режима.
В самом Афганистане надежды на «спасительную» реализацию западных схем урегулирования, в том числе известного плана ООН, не оправдались. И не оправдываются.
Однако главным фактором продолжения войны в Афганистане, я считал и считаю активное вмешательство во внутренние дела этой страны зарубежных государств, заинтересованных (нефть и газ!) в дестабилизации ситуации в регионе. При этом, конечной целью такого вмешательства представляется создание обстановки нестабильности в некоторых государствах
Анализ внешней политики России в Азии убеждает в том, что резкий крен последних лет в сторону Запада, после вывода советских войск из Афганистана в 1989 г., усилил враждебные настроения против РФ в странах ислама. Безрассудная (или, возможно, наоборот — рассудочная), неконтролируемая президентом политика бывшего министра
Мы опаздываем как всегда. Громоздкий аппарат еле проворачивает свои шестеренки и ломается, когда ему, к тому же, вставляют палки в колеса. Прав был бывший царский (ставший советским) генерал А. Снесарев, который не уставал повторять, что «мы не знаем и не понимаем Востока». От себя могу добавить: мы, научные работники, пытаемся его понять, но в верхах никто не обращает внимания на наши попытки, исходя из надуманного и крайне вредного принципа — «подчиненный не может быть умнее начальника».
Именно такая политика, (которую, пользуясь медицинским термином, я охарактеризовал бы как политику «вялотекущей шизофрении»), дала импульс Западу и подтолкнула его на резко враждебные, но тщательно закамуфлированные мероприятия против бывшего СССР и нынешней России, и дала возможность экстремистской оппозиции уже не просить, а требовать от западных «спонсоров» афганской войны дополнительных расходов для перебрасывания своих вооруженных отрядов на территорию других стран.
В принятом в 1995 г.
Всем известно, что получить эти самые самолеты легко через третьи страны, тем более что Пакистану возмещаются расходы, понесенные им при реализации этой сделки, и разрешается вернуть оборудование для ремонта и технического обслуживания. *
* «Компас», № 43,
«Движение Талибан», несомненно, выразило благодарность американцам за принятие этого законопроекта и увеличило поставки наркотиков на Запад, зарабатывая доллары на закупку этих самых самолетов.
А Россия молчит, поскольку, ей сейчас не до Афганистана и не до наркобизнеса, захлестнувшего нашу страну от Владивостока до Калининграда. Россия судорожно мечется в поисках умного президента.
В общем, у России нет позиции в отношении мирного урегулирования афганской проблемы…
На племенном уровне он существовал всегда. Воевали за воду, плодородные земли, пастбища и т. д. (И сейчас конфликты между племенами идут не менее ожесточенные, но уже, скорее всего, за плантации опийного мака, конечный продукт которого скупает Европа и Америка, расплачиваясь с поставщиками оружием). Сейчас, когда терроризм вышел на государственный уровень (не путать с «государственным терроризмом»), это уже мировое бедствие. Начало ему положило
Ушли советские войска с их земли, они начали искать добычливые места за рубежом. Афганцы, естественно, не одиноки. Пройдя курс обучения в Ливане, моджахеды из стран мусульманского мира постепенно расползаются по всему миру. Они воевали в Азербайджане, воюют в Таджикистане, убивают друг друга в своей родной стране. Во время затишья отправляются убивать кого угодно и куда угодно. На январь 1996 г. на территории бывшей Югославии в боевых действиях участвовали около 2 тысяч «солдат ислама» из разных мусульманских стран. Афганская война выпестовала «много военных инструкторов и высококлассных боевиков (в том числе специалистов по подрывным операциям)». *
* «Понедельник», 26.01,1996, №1, с. 31.
Из Боснии, где война вроде бы стала затихать, моджахеды переместились в Чечню. И не только в нее… Где бы ни воевать, лишь бы платили! Еще раз подчеркиваю, что моджахедов
Продолжающееся активное вмешательство зарубежных государств в афганские дела через поставки оружия, деятельность спецслужб и т. п. В это число не включаю Россию. Ее руководство несет ответственность за развязывание войны, которая изуродовала и извратила традиционные способы существования. Затем, это же руководство вывело войска, а нынешнее, объявив себя преемником СССР, пассивно наблюдает за братоубийственной войной в Афганистане на фоне клятвенных заверений в вечной дружбе между нашими народами.
Для США такая позиция России очень удобна и приносит политические дивиденды; мол, видите, каковы эти русские — развязали войну в Афганистане, а американских войск ведь там не было; что ж от них можно ждать хорошего?..
Убежден, холодная война продолжается, только другими средствами и платить приходится по другим счетам.
На счет российского руководства я бы записал непристойное отношение к афганской эмиграции в России, которую (эмиграцию) чиновники отвергают, МВД арестовывает и штрафует, не дают возможности людям здесь нормально жить, работать, учить детей в школах. Тем самым, их провоцируют на выезд из нашей страны, а некоторых — па размышления о том, что, не лучше ли примкнуть к моджахедам (или талибам), чем жить в качестве изгоев в некогда дружественной стране.
Распри среди самих афганцев, которые хотя и имеют привкус национальных противоречий, политических разногласий и т. д., в конечном счете, сводятся к борьбе за власть. О приверженности к Исламу не может быть и речи. То же самое наблюдается и в среде эмигрантов.
Пакистанское руководство, создавшее «Движение Талибан» (с подачи США) и вооружившее его, теперь выражает осторожное опасение насчет действий талибов, отчасти, выходящих
Отряды фундаменталистского «Движения Талибан», контролирующего 90% территории Афганистана, готовятся к решающей схватке за «столицу» северной части страны — город Мазари Шариф.
На этот раз талибы уверены в своей победе. Они уже предложили амнистировать всех своих противников в случае, если те согласятся добровольно сложить оружие.
Однако оппозиционный альянс, в который входят сторонники свергнутого талибами в сентябре 1996 г. президента Бурхапуддина Раббани, лидера этнических узбеков в Афганистане генерала Абдул Рашида Дустума и ряда полевых командиров, обещает фундаменталистам жестокое сопротивление в случае, если они попытаются взять Мазари Шариф.
На этот раз радикальные исламисты готовы к наступлению намного лучше, чем в прошлом году. Падение Мазари Шарифа — перспектива вполне реальная.
Окончательный разгром оппозиционных фундаменталистам сил поставит Россию перед нелегким выбором. Ей придется либо признать правительство талибов в Кабуле, либо продолжать поддерживать Раббани, Дустума и других в расчете на то, что исламистский резким не сумеет долго продержаться. В Вашингтоне выбор, по сути, уже сделали — там готовы иметь дело с талибами, которых поддерживает главный региональный союзник США — Пакистан.
Талибы с их воинствующим экстремизмом несут угрозу для стабильности южных рубежей постсоветского пространства, поэтому можно с уверенностью предположить: даже если Москва признает формально власть исламистов, они никогда не откажется от надежды способствовать ее свержению. Для России это будет,
* «Известия», 6 августа 1998 г.